?

Log in

No account? Create an account
там вдали

немного обо всем

Про крышу, крышующих, и все такое…………..
дело в шляпе 1
batal

Как-то, вскоре после войны, в году так 98,  поехал я с женой английского посла в «Сосновую Рощу», к Людасе, как называют в народе Людмилу Родионовну.  Ну, нас встретили приветливо и сразу же за стол,позавтракать с дороги. Утро было ранее. Ну и пошел тихий разговор о войне там,о том, как живется. Родионовна  стрепетом рассказывала о том, как они тут пережили войну, как под градом пуль ходила своему пансионату, поглядеть, не сгорело ли что, или еще чего. О сложностях послевоенных, о том, как трудно было сохранить своих работников, и том, как начала работать. В общем, сейчас вроде и неплохо, как-то устроились, заключила она в конце монолога.

Гостья внимательно слушала, прищурив глаз. Спрашивала, помогают ли власти, ну кто еще,и в конце так тихо, вкрадчиво,   спросила, видать неплохо знала русский язык и метафоры:

-А как у Вас с крышей?

-Ну как с крышей? Ну не то чтобы очень, но все-таки проблемы есть. Но как-то пока справляемся, - тоже дав трагизму в голосе,  отвечает директриса.

-А государство не помогает: МВД, например, - уточняет жена посла

-Ой,что Вы! – замахав руками, - Откуда у них сейчас такие возможности? Не мешают и то спасибо. Как-нибудь сами разберемся. Постепенно и с крышей справимся. Сейчас у всех с крышей проблемы. Так сказать после войны это стало у всех проблема!

Я гляжу на моих собеседниц и уже падаю со стула. Родионовна довольная тем, что гостья явно под впечатлением ее рассказа внедряется в детали проблем с крышей, а гостья моя,  вся напряженная, кивает понятливо, но появляется стальная строгость во взгляде. При этом все записывает, угрюмо кивает, и все возвращается к крыше.

-Да,не беспокоитесь Вы. Справимся с крышей. Можно сказать уже почти решили проблему. Будем искать, конечно, новую крышу, иначе все пропадет!

Тут гостья совсем напряглась и взвинчено говорит:

-Я завтра  буду встречаться с Ардзинба. Я обязательно с ним поговорю. Вы все-таки женщина, вы не можете одна с этим справиться! Пусть он поможет!

-Ну что Вы,  зачем его беспокоить, откуда у него такие возможности. У него и так полно проблем и без меня,- всполошилась не на шутку Родионовна

Тут я уже больше не мог молчать:

-Родионовна,Вы скажите ей о какой крыше вы говорите? Что вы имеете в виду?!!!!!!

Родионовна удивлённо смотрит на меня и на гостью и, всплеснув руками, думая, ну и дурачки тут перед нею, указав в потолок с недоумением:

_-Ну а какую я могу иметь в виду еще крышу:! Вот эту над головой! Течет она вся от войны, от стрельбы пострадала! А перекрыть пока не можем!!!!

-О! Так это просто крыша? А я подумала, что  у Вас есть крыша, а это не есть хорошо, - и уже радостно, вся засияв, моя гостья, наконец, уяснила:

-Я думала у вас это крыша,  бандиты деньги  с Вас берут!!!!!

Конец был феерический! Пришлось выпить по этому делу!И немало!

Один очень долгий день войны из хроники Тали Джопуа
военное
batal

Тали, вот смотрю сегодня опять твою хронику войны. На кадре указан день: 22сентября 1993 год. Я потрясен. Как-то получалось, что я не все смотрел ленты. Сил нет. Всегда находил повод увильнуть. Но вот неизбежно то, что сегодня попался. А сегодня смотрю, ибо и так все эти дни весь погружен в прошлое, которое я уже почти не помню, комок незаметно подкрадывается к горлу. Точнее я думал, что не помню. Но, оказывается, память бывает не только на уровне мозга, фиксирующего количество, места, дни, минуты. Она еще бывает на уровне кожи, мельчайших ощущений, которые не всегда улавливает глаз человека, и даже камера и пленка: вибраций души, давления, сердцебиения. И вот сегодня опять все эти виды памяти во мне встрепенулись, разливаясь бурно по венам, терзая мое сердце, выводя меня на волну воспоминаний. Мы на подступах к Сухуму. Это был период, когда время остановилось, один прожитый день начинался с бесконечности и уходил в вечность. Лучше Айтматова я уже не могу сказать «и больше века длился день». Тали, нескромно может быть мне хвалить тебя, в силу того, что мы друзья, в силу того, что всю войну практически были бок о бок, в силу того что ты мне уже и сестра, но не могу не сказать: великолепно отснято. Видно как камера бегает, передавая твой пульс и твое состояние. И именно этим ценны эти кадры. Хроника войны глазами одного человека, женщины. Высочайший уровень непрофессиональной съемки. И вопросы. Так журналисты не могут говорить с людьми. Такие вопросы могла задавать только ты. И слова напутствия почти шепотом иной раз, тем, кто шел вперед, многие из которых так и ушли в вечность. Но благодаря тебе, они сегодня с нами. Какие у них глаза, прямо в камеру: какая сопричастность и такое доверие. Спасибо тебе. Я горжусь, что был рядом с тобой в эти тяжелые, но наполненные верой, надеждой, любовью времена. Я доволен, что День Победы встречу с последним фильмом твоей хроники, где нет фальши, пафоса, театральности. Где есть мы все, усталые, израненные, но счастливые и уверенные в том, что иначе мы не могли.


тали джопуа P/S Этот кадр на котором я тебя сумел запечатлеть во время Кодорских событий 2001 года, мне надо было снять тогда, когда ты снимала хронику войны. Но мне кажется, что совпадение есть, несмотря на годы и разницу в событиях.